Между 18 и 20 августа 1894. Москва

Черновое

Глубокоуважаемый и дорогой Владимир Александрович.

Теперь, вероятно, Вы уже получили статью: «В защиту Дела и знания»См. примеч. 1 к письму 92. (или, м<ожет> б<ыть>, точнее было бы назвать ее: «Вопрос о "деле" со знанием и "не-делании" с не-думанием, как средстве спасения от голода и всех бедствий») и собственными очами убедились, что она в настоящем ее виде очень далека от ясности, а следовательно, вопрос, для кого, для большинства или для меньшинства назначается эта статья, решается сам собою. Само собою разумеется, что «Дело», сжатое и очень неискусное изложение коего представляет означенная статья, назначается и должно быть назначено для всех без исключения. Но прежде чем сделаться достоянием всех, изложение его (Дела) должно принять много разных видов. Изложение должно иметь в виду не большинство или меньшинство, <а> людей, которые способны начать и вести дело. Я даже не могу решить, полезно или вредно соединение изложения сущности дела с началом дела, которое излагается в двух юбилеях в конце статьиФедоров имеет в виду ту часть статьи «В защиту дела и знания...», в которой речь шла о его собственных проектах празднования 500-летия со дня кончины преп. Сергия Радонежского и 50-летия смерти В. Н. Каразина (см. Т. II наст. изд., с. 363-366)., и с изложением Каразинского и американского опытов, которые излагаются в начале статьиСм. там же, с. 342-346., хотя мы уже на опыте узнали, что статьи о двух юбилеях отдельно одна от другой и от главного дела, которое в них выражается, не встретили сочувствия; точно так же и вопрос об обращении войска в естествоиспытательную силу, правда очень уж кратко и неудовлетворительно изложенный в «Рус<ском> Архиве»Речь идет о статье Ю. П. Бартенева «В. Н. Каразин и господство над природою» (см. примеч. 17 к «Статьям и заметкам о Ф. М. Достоевском, Л. Н. Толстом, В. С. Соловьеве»)., не обратил на себя ни малейшего внимания. Настоящая статья указывает уже открыто на то великое и святое дело, которого два юбилея и новое (а вернее — самое старое) назначение войска служат земным началом, и если бы она была пропущена цензурою — что совершенно невероятно, — тогда мы на опыте узнали бы, полезно или нет открытие небесного происхождения двух юбилеев или даже 3‑х юбилеев, если к столетней годовщине выхода Каразинской записки о громоотводе, поддерживаемом аэростатомРечь идет о записке В. Н. Каразина «О приложении электричества к потребностям человека», составленной в 1818 г. (см. о ней подробнее в статье «Каразин как метеороург, а не метеоролог» — Т. II наст. изд., с. 261-262). (как регуляторе грозовой силы (электрической), управляющей, б<ыть> м<ожет>, и движением ветров), приурочить завершение опыта <с этим орудием>, которые можно бы ввести в войска, если бы опыт был удачен. Статья в таком только случае, мне кажется, могла бы иметь успех, если бы она с особенною силою выставила несовершеннолетие рода человеческого вообще и особенно того сословия (ученого и интеллигентного), которое считает себя все испытавшим, все обдумавшим, во всем отчаявшимся, а между тем должно оказаться, что оно не достигло даже того возраста, в который может начаться опыт, и в том, что оно считает концом, нет еще и начала дела, и только по своему сословному положению <интеллигенция> не видит, что мысль без дела мертва есть. А между тем в статье, в самом начале, после того, как сказано, что слово о деле Отца и Сына требует юбилея Хр<истова> воскресения, юбилеев делом, трудомФедоров отсылает к тексту, который предполагалось поместить «на втором заглавном листе» брошюры «В защиту дела и знания...» (см. письмо 88)., не прибавлено «и отвергает юбилеи-празднества, ребяческие», вроде того, который недавно описан в «Рус<ских> Вед<омостях>» в № 224 нынешнего года в статье «Поездка в Эвиан» Е. Н.Статья «Поездка в Эвиан (Из путевых воспоминаний)», принадлежавшая перу писательницы Екатерины Степановны Некрасовой («Е. Н.») (см. о ней примеч. 4 к разделу «Дополнения» «Материалы Н. Ф. Федорова», описывала поездку автора в один из швейцарских городков на берегу Женевского озера, в дни, когда отмечалось 100-летие взятия Бастилии. Подробно излагалась программа торжеств, которые длились целых три дня — с 13 по 15 июля: музыка, пушечная пальба, состязание на мачте, иллюминация, шествие с факелами и фонарями, большой банкет в казино. Автор делилась впечатлениями от «маленького провинциального савойского городка», столь усердно и весело празднующего «свой национальный праздник».

В «деле» заключается отрицание и бездействия, и суетного действия или празднеств.