26 апреля 1896. Москва

Глубокоуважаемый и дорогой друг Николай Павлович

В Музее пока осталсяН. Ф. Федоров вернулся из Воронежа в Москву 24 апреля 1896 г. Дело с отставкой, ходатайство о которой он отправил новому директору Музеев М. А. Веневитинову еще 22 марта, снова не было доведено до конца. М. А. Веневитинов в трех не дошедших до нас письмах, посланных в первой половине апреля (см. письмо Н. П. Петерсона к В. А. Кожевникову от 18 апреля 1896 г. в Т. IV наст. изд., с. 604-605), убедительно просил Федорова прослужить в Музеях еще хотя бы некоторое время, и Н. Ф. Федоров, чтобы его отставка не выглядела нежеланием служить под управлением нового директора, согласился., а квартиру нашел уже занятою, и хотя хозяйка новому квартиранту отказала, но пока он не нашел себе новой, я остаюсь без прибежища. Письмо это пишу в квартире Боборыкина, а вчера ночевал у Е. И. СоколоваНиколай Иванович Боборыкин (1852—1919) — сослуживец Н. Ф. Федорова по библиотеке Московского Публичного и Румянцевского музеев. Работал в этом учреждении с 1877 г. до самой кончины: с 1877 по 1888 — «исправляющий должность» помощника библиотекаря; в 1888 г. в этой должности утвержден; с 1912 г. — помощник заведующего читальным залом, затем — библиотекарь. По отчетам Московского Публичного и Румянцевского музеев и по документам, сохранившимся в личном деле Н. И. Боборыкина (Архив РГБ, оп. 22, д. 83), он проходит как «Николай Иванович», Федоров называет его «Николаем Николаевичем» (ср. в письме А. Е. Викторову от 16 мая 1882 г.). Это объясняется тем, что Н. И. Боборыкин являлся незаконнорожденным сыном дворянина Николая Николаевича Боборыкина (1810 — после 1877), который в 1872—1874 гг. служил в библиотеке Музеев также помощником библиотекаря (Архив РГБ, оп. 126, д. 7), а затем был перемещен в Министерство внутренних дел в Главное управление по делам печати. Отчество Николай Боборыкин получил по имени крестного отца Ивана Космина, фамилию же ему дал Н. Н. Боборыкин, взявший сына в качестве воспитанника. В Музеях, куда молодой Боборыкин пришел служить вслед за отцом, его звали «Николай Николаевич». Кстати, и в рапорте библиотекаря Музеев Е. Ф. Корша директору В. А. Дашкову от 20 августа 1877 г., где была изложена рекомендация принять Боборыкина «исправляющим должность» помощника библиотекаря для его испытания (растянувшегося почти на 12 лет), рядом с фамилией будущего сотрудника значились инициалы «Н. Н.», а не «Н. И.» (Архив РГБ, оп. 22, д. 83, л. 2). По свидетельству Г. П. Георгиевского, к назначению Н. И. Боборыкина помощником библиотекаря имел отношение Н. Ф. Федоров, отказавшийся от предложенной ему В. А. Дашковым вакансии в пользу Николая Ивановича, крайне нуждавшегося и обремененного семьей (см. примеч. 2 к письму 71). Егор Иванович Соколов — родился 20 февраля 1852 г. По окончании курса Московской духовной семинарии служил помощником библиотекаря Московской Епархиальной библиотеки. С ноября 1878 г. начал работать младшим чиновником для письма при канцелярии Московского Публичного и Румянцевского музеев. В июне 1885 г. оставил эту должность, поступив вскоре на службу в книгохранилище Московского университета помощником библиотекаря, где проработал более двадцати лет. Связи с библиотекой Музеев при этом не прервались: Е. И. Соколов периодически оказывал безвозмездную помощь ее сотрудникам в разборке и каталогизации книг (так, в 1892—1894 гг. вместе с Н. И. Боборыкиным, С. Д. Крыловым, А. Н. Смирновым он разобрал и каталогизировал библиотеку Н. С. Тихонравова // Отчет Московского Публичного и Румянцевского музеев за 1892—1894 гг. М., 1895, с. 70). По свидетельству Н. П. Петерсона, Е. И. Соколов был «большим почитателем» Н. Ф. Федорова (ОР РГБ, ф. 657, к. 4, ед. хр. 6, л. 71). В 1902 г., когда Федоров жил в Воскресенске, у стен «Нового Иерусалима», Е. И. Соколов навещал его там, а затем помог перебраться в Москву (см. письмо 272)..

Во время дороги, казалось, хорошо сложились в голове «Величания Пасхи»См. письма 116, 117., а теперь не могу всего припомнить. 1‑й ст<их>, по-видимому, нужно так изложить:

Пасха Божия, спасительная! в безграничной (неописуемой) любви Сына Божия и Духа Св<ятаго> к Небесному Отцу нам, земнородным, «образ и вину» (или источник) бессмертия являющая (или показующая) и к раскаянию в смерти (отцев), искупляемой лишь Воскрешением, нас, блудных сынов и дщерей, приводящая. 2‑й ст<их>: Пасха, умы и сердца сынов к отцам возвращающая... и Человека (гуманизм!), вины за собой к отцам не признающего или отвергнувшего, в сан Сына человеческого, добровольно на себя грех приявшего, возводящая (?).

4‑й ст<их> есть обращение целого города в Святилище Богу, показавшему в Себе на источник бессмертия и на способ возвращения Жизни или искупления. В этом стихе, говорящем о новом духовном центре собирания, заключается призыв или обращение к ученым духовного сана, православным и инославным, единоверным и иноверным для объединения всех в деле или движении от «городов» как скопищ не помнящих родства бродяг к праху предков, к «селу» (3‑й ст<их>).

6‑й ст<их>. Призыв или обращение к ученым светским, своим и иностранным, к храму предков (всенаучн<ому> Музею) пред святилищем Бога единодушия и согласия, путь к воскрешению общему указывающего. 5‑й ст<их>. О неограниченном руководителе сыновнего движения к праху предков для его оживления. 8‑й ст<их> — о переходе от земной регуляции к небесной (от земли к небесам, от смерти к жизни). Для будущей рентгеновской оптики глубины могил не будут уже мраком...

(Текст и толкования еще не окончательные.)

Свидетельствую мое глубочайшее почтение Юлии Владимировне и всему Вашему семейству.

Глубокоуважающий и искренне любящий

Н. Федоров

Апрель 26

1896