162. Н. Ф. Федоров, Н. П. Петерсон — В. А. Кожевникову. 21-23 ноября

21—23 ноября 1898. Воронеж

21 ноября

Глубокоуважаемый Владимир Александрович!

Вчера мы были на лекции знаменитого профессора Комаровского, который был приглашен читать в пользу Публичной Библиотеки и читал о разоружении¹Леонид Алексеевич Камаровский (1846—1912) — правовед, профессор Московского университета по кафедре международного права, видный деятель пацифистского движения (см. его работы «Об идее мира между народами» // Русская мысль, 1884, № 7, «Война и мир» (Одесса, 1895), «Успехи идеи мира» (1898)). Его лекция «Вопрос о сокращении вооружений» состоялась 21 ноября 1898 г. в зале Воронежской городской Думы. О предстоящей лекции Н. Ф. Федоров мог узнать из газеты «Воронежский телеграф», где 20 ноября 1898 г. (№ 134) появилась заметка «По поводу предстоящей лекции проф. гр. Камаровского» (см.: Н. Ф. Федоров и его воронежское окружение, с. 219).; вся лекция его заключалась в жалобах на чрезвычайные расходы, к которым приводит милитаризм, миллионы и миллиарды так и сыпались, подобно тому как Буква сыпал их в Лиссабоне (№ 8165й «Нов<ого> Вр<емени>». «Среди газет»)²В указанном Федоровым номере газеты «Новое время» в рубрике «Среди газет и журналов» была приведена выдержка из статьи в газете «Новости», в которой излагались впечатления автора от пребывания в Португалии. Среди прочего, речь шла о денежной системе страны: «Деньги потеряли для нас всякую цену. [...] Например, я плачу в сутки за номер в гостинице 5000, обед мне стоит 3000, за бутылку вина плачу 1200 [...] В Лиссабоне я расходую на жизнь в сутки свыше 20000. Это составило бы в месяц 600000 и в год — 7200000. Иметь возможность, не прибегая ни к каким чрезвычайным мероприятиям, расходовать миллионы и вовсе не знать об этом! Это состояние нас поражало, нам льстило и нас забавляло».. По мнению лектора, милитаризм должен привести или к войне, или к банкротству, т. е. к потере жизни или к потере богатства (мануфактурных игрушек и безделушек), и оказывается, лучше уже война; вот тут и говорите о возвращении жизни, о воскрешении, о ценности жизни. Способы смягчения тягостей милитаризма поистине изумительны: признавая вооруженный мир в высшей степени тяжким, он предлагает державам заключить договор о продлении такого состояния на семь лет с тем, впрочем, чтобы больше вооружений не увеличивать; договор этот должен быть заключен только между европейскими державами, за исключением Турции, которая не принимается, так как не может считаться европейскою державою³В своей лекции Л. А. Камаровский подробно остановился на задачах будущей конференции о сокращении вооружений и указал, что главной практической целью переговоров «всех государств Европы за исключением Турции» должно стать заключение договора, по которому «правительства на определенный срок обяжутся не увеличивать свои вооружения сверх определенной нормы» и, кроме того, решать все возникающие «недоразумения и споры дипломатическими способами и особыми международными третейскими судами» (Я. Откровенный. Лекция о разоружении // Дон, 26 ноября 1898, № 130).. Америка тоже может делать, что ей угодно; да и войнолюбие европейских держав ограничивается лишь одною Европою, а в Азии, Африке, в Австралии разрешается воевать, сколько им угодно, употребляя армии из туземцев под командою только европейцев. Таким образом, воевать воспрещается только России, у которой таких войск нет, — этот вывод делается, конечно, не лектором, который только не объяснил, как может воевать Россия, не имеющая особых войск из туземцев. Приводя в своей лекции мнения французских писателей, лектор в конце лекции упомянул и о русском писателе, напечатавшем статью, в которой предлагается употребить войско только на вызывание искусственного якобы дождя⁴Т. е. статью Н. Ф. Федорова «Разоружение».; но лектор находит неприличным оружие, предназначенное для истребления, обращать в орудие спасения; и, не отвергая возможности спасения, он находит нужным создать для этого новые такие же орудия, истратив на них новые миллионы. Впрочем, упомянул профессор о статье «Нового Времени» не без предварительного внушения, и то мнение, которое высказал он о статье, оказалось совершенно сходным с мнением Вашкевича⁵Григорий Станиславович Вашкевич (1837—1923) — управляющий Губернской казенной палатой в Воронеже. Активный общественный деятель, он возглавлял комитет Воронежской публичной библиотеки, был членом комиссии народных чтений, ученой архивной комиссии, губернского благотворительного комитета и т. д. См. о нем: А. Акиньшин, О. Ласунский. Пахарь духовной нивы. Историко-краеведческие этюды. Воронеж, 1996, с. 22-27., который стоит во главе попечительного о Библиотеке Комитета. Вашкевичу статья была тоже прочитана, и он нашел войско недостойным того великого дела, о котором говорится в статье. По этому случаю Вашкевичу готовится письмо⁶Письмо Н. Ф. Федорова Г. С. Вашкевичу от 22 ноября 1898 см. ниже., копию которого пришлем и Вам.

Николай Федорович приносит Вам глубокую благодарность за изумительно скорое исполнение просьбы Родзевича⁷Родзевич — неустановленное лицо. и просит извинения, что до сих пор не благодарил Вас за это... Известно ли Вам, что Ваша книга⁸Речь идет о книге В. А. Кожевникова «Философия чувства и веры». рекомендована во все средние учебные заведения; а между тем, как известно, в продаже ее нет. Как Вы думаете в этом случае поступить? Зверева мы не видали и не знаем, извещал ли он Вас об этом⁹В архиве Н. П. Петерсона сохранились два письма С. Е. Зверева В. А. Кожевникову —от 22 октября 1898 и от 30 апреля 1899 (опубликованы: Т. IV наст. изд., с. 666, 669-670), однако в них не упоминается ни о рекомендации учебным комитетом книги В. А. Кожевникова, ни об отсутствии ее в продаже..

Мы ждем от Вас, что Вы напечатаете, наконец, стихотворение, посвященное Соловьеву еще в прошлом году¹⁰Речь идет о стихотворении «Жить или не жить?» (см. примеч. 1 к письму 142)..

Возвращена ли редакциею «Московских Вед<омостей>» заметка о памятнике Александру II и получена ли Вами заметка из Воронежа о памятнике Александру III‑му, и читаны ли они Жуковскому¹¹См. примеч. 1 к письму 161., а если читаны, то произвели ли какое-либо впечатление, и какое именно? Хотели послать Вам напечатанными статьи о «Саратовском Дневнике»¹²См. примеч. 7 к письму 161., Вашу статью¹³О какой статье В. А. Кожевникова идет речь, установить не удалось. Можно предположить, что она была тематически связана со статьей Н. Ф. Федорова «Разоружение» и продолжала разговор о циркуляре 12 августа 1898 г. Упоминание об этой статье В. А. Кожевникова содержится также в письме Н. П. Петерсона к В. А. Кожевникову от 6 ноября 1898 (Т. IV наст. изд., с. 612), и, возможно, в совместном письме Н. П. Петерсона и Н. Ф. Федорова к В. А. Кожевникову от 10 февраля 1899 г. (письмо 178). В воронежской периодике статья не была напечатана., но до сих пор не добьемся напечатания. И ректор до сих пор молчит со статьею о картине «Первосвященническая Молитва»; передана ему и заметка, приглашающая духовенство к содействию делу, начатому циркуляром 12 августа, и он выразил большое удовольствие, выслушав заметку, просил оставить ее у него, но какое сделает из нее употребление, не известно¹⁴Ректором Воронежской духовной семинарии в 1887—1900 гг., а также редактором неофициальной части «Воронежских епархиальных ведомостей» был Алексей Михайлович Спасский (1849—1920). См. о нем: А. Акиньшин. Один с митрой. К 250-летию Воронежской духовной семинарии // Воронежский курьер, 15 июня 1995. Статья Н. Ф. Федорова «Новая картина "Да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне..."», посвященная картине Л. Г. Соловьева «Первосвященническая молитва», была передана А. М. Спасскому Н. П. Петерсоном. Но хотя А. М. Спасский высоко оценил статью — как «замечательную по глубине и оригинальности мысли» (см. письмо Н. П. Петерсона к В. А. Кожевникову от 6 ноября 1898: Т. IV наст. изд., с. 612), в «Воронежских епархиальных ведомостях» она так и не появилась — так же как не была напечатана и вторая упомянутая в письме заметка, к которой ректор также отнесся с нескрываемым интересом. По предположению А. Н. Акиньшина и О. Г. Ласунского, в том, что «ни один из материалов Н. Ф. Федорова в "Воронежских епархиальных ведомостях" на протяжении 1896—1900 годов так и не появился», «не последнюю роль [...] сыграл епископ Иосиф» (викарий Воронежской епархии), который во многом определял направление епархиальной газеты и «у которого федоровские суждения не нашли поддержки» (А. Акиньшин, О. Ласунский. В кругу священнослужителей (Н. Ф. Федоров в Воронеже) // Воронежский епархиальный вестник, 1993, № 10—12, с. 16,17).. Интересно бы узнать, проник ли в народ слух о циркуляре 12 августа?

Николай Федорович и я покорнейше просим Вас передать нашу глубокую благодарность Ивану Михайловичу¹⁵И. М. Ивакину. за покупки, которые привез Никол<ай> Федор<ович> моим друзьям; в этот второй раз они произвели еще больший восторг, чем в первый; а одна вещица задала довольно большую работу, прежде чем догадались об ее назначении...

Написано довольно много, между прочим по вопросам, которые должно было бы поднять на предстоящей конференции мира; написано письмо Энгелъгардту по поводу его статьи в «Н<овом> Врем<ени>» о Толстом¹⁶Статья публициста, литературного критика, историка литературы Николая Александровича Энгельгардта (1867—1942) «Литературные заметки» («Новое время», 1898, № 8163, 17(29) ноября) была посвящена трактату Л. Н. Толстого «Что такое искусство?» Поддерживая толстовскую критику «чистого искусства» и эстетики декаданса, Н. А. Энгельгардт сочувственно откликался главной мысли писателя о назначении «всемирного, всенародного, христианского искусства», о религиозно-нравственной ориентации творчества художника. При этом Энгельгардт подчеркивал важность в искусстве «чувственного», телесного начала, которое не только не исчезает на самых высших стадиях христианского искусства, но просветляется и одухотворяется, подчиняясь конечному идеалу искусства — «братскому единению» прекрасных людей, стремлению «осязать в природе и в нас самих» «Божественное начало, негаснущей искрой в жизни, в мгле и смраде ее теплящееся», «воплощенного Бога». Отрицание одностороннего спиритуализма, подчеркивание важности материального, телесного начала, которое, добавил бы уже сам Федоров, должно быть просветлено и преображено (причем прообраз такого преображения как раз и дан в искусстве), — все это не могло не затронуть Федорова; к тому же, встречая в ком-либо из авторов созвучие своим мыслям, он всегда стремился как бы додумать за него, дорастить его идеи до своих.
Н. Ф. Федоров обратился к Н. А. Энгельгардту через посредство Н. П. Петерсона. Каким по содержанию было письмо к нему, неизвестно; можно предположить, что в нем высказывались мысли, изложенные в статьях о Толстом «Что такое добро» и «Об истине и красоте в статье Толстого "Что такое искусство?"».
Ответ Н. А. Энгельгардта последовал в конце февраля 1899 (см. письмо 179)., но еще не послано; а теперь Никол<ай> Федор<ович> хочет заняться составлением проповеди ко дню Тезоименитства Государя Императора (6‑го декабря)¹⁷Текст этой проповеди см. в Т. III наст. изд., с. 447-448..

Николай Федорович просит Вас передать его чрезвычайную благодарность И. М. Ивакину еще за присылку снимков; и спрашивает, получили ли Вы от него письмо Толстого¹⁸Речь идет о письме Л. Н. Толстого к И. М. Ивакину от 12 ноября 1891 г., написанном в ответ на его обращение к писателю с изложением идей Н. Ф. Федорова об атмосферической регуляции и франко-русском книгообмене. Впервые это письмо было опубликовано в книге В. А. Кожевникова о Н. Ф. Федорове (Кожевников, с. 320); если получили, то пришлите, если возможно, копию этого письма, которую хотим послать Энгельгардту, — и если Вы найдете, что послать можно. Кончен ли французский перевод статьи «Нов<ого> Вр<емени>» и послан ли? Напечатана ли эта статья в журнале Стэда?..¹⁹На французский язык В. А. Кожевников переводил статью Н. Ф. Федорова «Разоружение», намереваясь послать ее в журнал «Review of Reviews», издававшийся В. Т. Стэдом (1849—1912), английским публицистом-пацифистом, активно выступавшим за созыв мирной конференции и разворачивавшим широкую агитацию против войны. Посланная в журнал статья вызвала заинтересованный отклик Стэда (см. примеч. 5 к письму 167), однако при этом все же не была напечатана. Много и еще вопросов и просьб и к Вам, и к Ивану Михайловичу, но Ник<олай> Федор<ович> находит, что и написанного слишком много, даже бессовестно много.

23 ноября

Вы уже оказали большую пользу Воронежскому Музею²⁰Намек на пожертвование В. А. Кожевникова в пользу Воронежского губернского музея. и можете оказать еще большую. В Воронеже существует обычай приглашать для чтения лекций в пользу разных учреждений. Мы полагаем, что автор «Философии Веры и чувства», сочинения, получившего одобрение Мин<истерства> Народн<ого> Просв<ещения>, автор «Св. Софии» и «Цареградского Музея»²¹См. примеч. 2 к письму 145. мог бы и даже должен бы был принять предложение, если оно будет ему сделано, прочитать лекцию по предмету, им избранному. Мы же с своей стороны примем надлежащие меры, чтобы такое предложение Вам было сделано, если, конечно, Вы наперед обещаете принять предложение. Предметом лекции мы просили бы Вас сделать предстоящую Конференцию об умиротворении. Кроме пользы Музею, самая лекция о конференции могла бы провести мысль, которая чрез печать едва ли может быть проведена... А между тем для многих будет, как говорят ныне, симпатична мысль открыть конференцию принятием всеми участниками обязательства ввести всеобщее обязательное образование в представляемых ими государствах, и притом в связи с всеобщею обязательною повинностью, обращая самую военную службу в способ знания природы. Можно оговориться, конечно, что Вы не специалист по международному праву, а хотите лишь высказать свое мнение по делу, которое не может не быть близко всякому человеку. Желание видеть Вас в Воронеже навело Никол<ая> Федор<овича> на мысль, чтобы Вы читали в Воронеже о Конференции, о которой у него приготовлен большой материал, для разработки которого Вам надо бы приехать дня за два до лекции. Приезд Ваш был бы для нас большим праздником. Можно даже прочитать не одну лекцию: Иванов, известный автор платы за цитаты, будет, говорят, читать целых три дня — о Белинском, Чернышевском, Добролюбове и проч. и получит за это 250 рублей²²Иван Иванович Иванов (1862—1929) — литературный и театральный критик. Контекст, в котором употреблена в данном письме фамилия Иванова, позволяет предположить, что фельетон Н. Ф. Федорова «Плата за цитаты», содержавший «дружественное предложение одного из ревностных поклонников французских литераторов» взимать «денежную плату за каждую цитату, за каждую выдержку из произведений дружественного нам народа», был сознательно подписан им «Ив-новъ». Сам Федоров был категорическим противником денежной платы как за книги, так и за лекции., и гр. Комаровский трудился здесь не безвозмездно, он получил 70 рублей за лекцию, обработкой которой, очевидно, совсем не занялся.

Николай Федорович свидетельствует Вам свое глубокое почтение и просит засвидетельствовать его почтение Вашей мамаше²³М. Г. Кожевниковой., гг. Северовым²⁴М. М. и С. М. Северовым., Ю. П. Бартеневу, Надежде Степановне²⁵Н. С. Бартеневой., здоровье которой его беспокоит, и И. М. Ивакину. Прошу и от меня низко кланяться Ю. П. Бартеневу и И. М. Ивакину.

Желая Вам доброго здоровья и возможного в мире благополучия, остаюсь глубоко Вас уважающий и душевно Вам преданный Н. Петерсон.

Прилагаем копию письма, посланного Вашкевичу. Извините за неопрятность письма, переписывать решительно нет времени.