264. В. А. Кожевникову. Между 21 и 31 мая. Черновое

Между 21 и 31 мая 1902. Воскресенск

Черновое

Письмо от Ник<олая> Павловича получилРечь идет о несохранившемся письме Н. П. Петерсона. О его содержании можно судить по ответному письму Н. Ф. Федорова от 31 мая 1902 г. (письмо 265). В конце весны 1902 г. на короткое время возобновилась переписка учителя и ученика, прерванная их размолвкой весны 1900 г. В переписке обсуждались детали предстоявшего приезда Н. П. Петерсона в Москву или Воскресенск для работы над приведением в порядок бумаг Н. Ф. Федорова. и ответ написал, но посылать боюсьПисьмо Н. П. Петерсону было отправлено 31 мая 1902 г., потому что эти загадывания на дальнее время редко удаются. Но вы напишите и как можно скорее, что с приездом его в августе месяце я примирился и буду ждать в этом месяце. С глубоким уважением смотрю на его усердие и верность делуКакое легковерие, какая глупость!3, которое в настоящее время находится не в авантаже... Очень м<ожет> б<ыть>, что змейковые снаряды будут запрещены, и именно потому, что они имеют силу вызывать грозу, а при грозе, как известно, не невозможна, хотя когда-нибудь и где-нибудь даже опасность жизни хотя бы одному человекуФраза Очень может быть, что змейковые снаряды будут запрещены ∞ хотя бы одному человеку навеяна статьей С. Грибоедова «Электрические явления при змейковых полетах» («Новое время», 23 апреля (6 мая) 1902, № 9386). В статье сообщалось о сильнейшей грозе, произошедшей 19 апреля в Павловске и прилегающих к нему местностях. Гроза явилась следствием «международного змейкового полета», устроенного Константиновской Павловской метеорологической обсерваторией. При этом во время грозы проволока, на которой были запущены змеи с метеорологическим прибором, со взрывом оборвалась и расплавилась, однако, к счастью, никто из присутствовавших при полете не пострадал. Резюмируя случившееся, С. Грибоедов приходил к выводу о том, что заземление проволоки «не гарантирует вполне от опасности и потому, когда электрические действия при полете станут особенно энергичны, следует совершенно воздерживаться от прикосновения к лебедке под опасением трагического исхода».. Такова предусмотрительность и человеколюбие ученых естествоиспытателей. При нынешних воззрениях на отношения разумных существ к неразумной силе такие меры могут быть оправданы. Говорят, какой-то энтомолог находит возмутительным занятия пчеловодством даже с ученою целью, ибо пчела может ужалить! Нельзя не удивляться возвышенности и утонченности чувств наших великих ученых!

«Новое Время» получаю исправно, по следующему неисправному адресу: Воскресенск Минск<ой> губ<ернии>. Слежу с удивлением, как Америка надвигается на Европу и грозит Великобританию обратить в один из своих штатовФрагмент данного письма со слов «Слежу с удивлением, как Америка надвигается на Европу и грозит Великобританию обратить в один из своих штатов» до конца перекликается с заметками Н. Ф. Федорова «О двухсотлетнем юбилее незаконного сына 3‑го Рима известного Маркиза С.‑Петербурга...» и «Два события обращают в нынешнем (1902‑м) году особое на себя внимание» (Т. III наст. изд., с. 379-382), что позволяет предположить, что они написаны одновременно — в конце мая 1902.
Слежу с удивлением, как Америка надвигается на Европу и грозит Великобританию обратить в один из своих штатов (ср. Т. III наст. изд., с. 382) — в конце 1901—1902 гг. российская печать уделяла большое внимание бурному экономическому росту Северо-Американских соединенных штатов, вступивших в открытое соперничество с Великобританией (в «Новом времени», которое регулярно читал Федоров и в Москве, и в Воскресенске, в мае 1902 г. постоянно появлялись корреспонденции на эту тему — см.: 2(15), 11(24), 13(26), 22 мая (4 июня), 26 мая (8 июня), 27 мая (9 июня)). При этом американские монополии, стремясь к расширению сферы своего влияния в Европе, активно захватывали английский внутренний рынок: сначала здесь утвердился спичечный синдикат, затем табачный трест; вслед за этим американские кампании завладели контрольным пакетом акций лондонского метро. Особенно чувствительный удар экономическому могуществу Англии был нанесен активными действиями миллиардера Моргана: приобретение угольных копей в Шотландии, акций юго-западных и юго-восточных дорог, большого количества английских судов и пароходной линии Лейланд («Новое время» — 2(15) мая 1002, № 9395 — утверждало, что эти покупки «лишают Англию почти всего ее Атлантического и Тихоокеанского торговых флотов»). Политика разорения мелких и средних английских фирм, их скупки или подчинения американским синдикатам проводилась Америкой и в английских колониях в Западной Африке, что дало тому же «Новому времени» (11(24) мая 1902, № 9404) повод заявить: западно-африканские владения Англии также поступают «под американское влияние».
Давая оценку американской экономической политике, органы российской печати называли ее необъявленной войной «против Англии с биллионерами как генералами и главнокомандующим Морганом» («Новое время», 2(15) мая 1902, № 9395). Широкую огласку получило высказывание американского миллиардера и филантропа Э. Карнеджи, посоветовавшего Англии в качестве «выхода из неприятного положения — поступить в число штатов Северо-Американского Союза и прибавить собою новую блестящую звезду к его знамени» («Русский вестник», 1902, № 5, с. 245; см. также: «Новое время», 13(26) мая 1902, № 9406). При этом, подчеркивало «Новое время», экономическая война против Англии — лишь начальный этап американской экспансии. «Всей Европе теперь приходится считаться с политическим и экономическим вторжением Соединенных штатов в жизнь Старого света» (26 мая (8 июня), № 9417).. Не устоит, конечно, и Германия против такой морской силы. Вот с каким Карфагеном придется иметь дело 3‑му Риму. Но до Аннибала еще далеко. Но кажется, ни Американскому Карфагену, ни Германии, объявившей войну СлавянствуВ мае 1902 г. прусский парламент принял законопроект о выделении 250 млн. марок на скорейшую германизацию бывших польских провинций в составе Германии. Проект, получивший название «мероприятий к укреплению германской национальности в провинциях Западной Пруссии и Познани», предполагал активную скупку польских имений (как частных, так и казенных), раздробление их на участки и заселение немецкими переселенцами. В качестве официального мотива подобных мер германское правительство выдвинуло тезис об исконной враждебности поляков к немцам и об опасности, будто бы угрожающей государству от того, что поляки еще не онемечены. 23 мая (5 июня) император Вильгельм II, выступая на торжествах по случаю «освящения реставрированного старого местопребывания гофмейстера тевтонского ордена в Мариенбурге», заявил: «...польская надменность собирается затронуть германизм и я принужден сделать воззвание к своему народу для охраны его национальных благ» («Новое время», 25 мая (7 июня) 1902, № 9412).
Газета «Новое время» так комментировала германскую политику в Познани: «Это не что иное, как исполнение завещания Фридриха Великого, настоятельно советовавшего бесповоротно онемечить и очистить от всех славянских элементов все области, пограничные с Россией, а также продолжение "длинной руки" мер с подобною же целью Бисмарка, начатых после высылки всех славянских элементов и знаменитой речи Бисмарка в 1886 г.» (14(27) мая 1902, № 9407). (которая, однако, не привела славян к единству), не нужно будет употреблять больших усилий для уничтожения России, ибо она сама все делает для своей погибели. Из С<анкт>-П<етер>б<урга>, который, конечно, никто не назовет русским городом, пройдут две дороги, одна по малонаселенному финскому Северу, который и иметь не может большого населения, к не русскому Владивостоку и Порт Артуру, а другая по Западному враждебному России краю к Черному морюВ 1902 г. было начато строительство Северной железной дороги Санкт-Петербург—Вологда—Вятка, которая должна была связать Сибирскую магистраль с портами Балтийского моря (в то же время на Дальнем Востоке завершалось строительство Китайско-Восточной железной дороги, соединившей Сибирскую железную дорогу с Владивостоком и Порт-Артуром). Параллельно в российской печати в 1899—1902 гг. поднимался вопрос о строительстве железнодорожной линии Санкт-Петербург—Киев—Одесса, которая напрямую соединила бы порты Балтийского и Черного морей. В пользу такого строительства особенно активно выступали печатные органы Киева и Одессы, в центральных же органах печати проект оценивался по-разному. Противники проекта задавали вопрос: стоит ли строить за государственный счет дорогу, «которая не представляет особого значения ни с экономической, ни со стратегической точки зрения» («Санкт-Петербургско—Киево—Одесская железная дорога» // Новое время, 20 декабря 1899 (1 января) 1900, № 8555), сторонники утверждали, что новая линия даст возможность «подхода к столице всего юго-востока России», а затем и всего юго-запада («Новый путь» // Новое время, 30 декабря 1899 (11 января 1900), № 8563). В конечном итоге правительством было решено осуществить лишь часть проекта, построив дорогу от Санкт-Петербурга до Витебска, Могилева и затем до ст. Жлобин на пересечении с Либаво-Роменской железной дорогой. Строительство ветки до Витебска было осуществлено к 1901 г. Обществом Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги, а ветка до Могилева строилась уже за счет казны (при этом в начале 1900‑х гг. проект ее продолжения до Киева и Одессы все еще обсуждался в печати)., обратив Центральную истощенную Россию в захолустьеРезультатом периодических неурожаев, поражавших Россию в 1880—1890‑х гг., явилось неуклонно нараставшее год от году истощение и обеднение центральных земледельческих районов страны (Воронежской, Курской, Орловской, Пензенской, Рязанской, Саратовской, Симбирской, Тамбовской и Тульской губерний). В 1899 г. было образовано особое совещание, которое на основании многочисленных данных (упадок народного благосостояния, уменьшение посевов хлебов, понижение сбора хлебов и др.) подтвердило эту тенденцию. Одной из причин оскудения центра комиссия назвала шедшее в последние десятилетия XIX в. активное освоение окраин России, куда направлялись значительные государственные силы и средства. Вопрос об оскудении центра и росте окраин, возвышающихся за счет исконных великорусских земель, неоднократно обсуждался в печати — см., напр.: Н. Емельянов. Оскудение центра и рост окраин // Русский вестник, 1902, № 1, с. 331-338; «Хиреющий край» // Новое время, 25 мая (7 июня) 1902, № 9418. Отсылку к последней корреспонденции (из Новочеркасска), сообщавшей о плачевном экономическом состоянии области войска Донского («Истощенный центр, хиреющий край (Донская область)»), находим в статье Н. Ф. Федорова «О двухсотлетнем юбилее незаконного сына 3‑го Рима...» (Т. III наст. изд., с. 381)., [что и] приведет к погибели России.

1Речь идет о несохранившемся письме Н. П. Петерсона. О его содержании можно судить по ответному письму Н. Ф. Федорова от 31 мая 1902 г. (письмо 265). В конце весны 1902 г. на короткое время возобновилась переписка учителя и ученика, прерванная их размолвкой весны 1900 г. В переписке обсуждались детали предстоявшего приезда Н. П. Петерсона в Москву или Воскресенск для работы над приведением в порядок бумаг Н. Ф. Федорова.

2Письмо Н. П. Петерсону было отправлено 31 мая 1902 г.

4Фраза Очень может быть, что змейковые снаряды будут запрещены ∞ хотя бы одному человеку навеяна статьей С. Грибоедова «Электрические явления при змейковых полетах» («Новое время», 23 апреля (6 мая) 1902, № 9386). В статье сообщалось о сильнейшей грозе, произошедшей 19 апреля в Павловске и прилегающих к нему местностях. Гроза явилась следствием «международного змейкового полета», устроенного Константиновской Павловской метеорологической обсерваторией. При этом во время грозы проволока, на которой были запущены змеи с метеорологическим прибором, со взрывом оборвалась и расплавилась, однако, к счастью, никто из присутствовавших при полете не пострадал. Резюмируя случившееся, С. Грибоедов приходил к выводу о том, что заземление проволоки «не гарантирует вполне от опасности и потому, когда электрические действия при полете станут особенно энергичны, следует совершенно воздерживаться от прикосновения к лебедке под опасением трагического исхода».

5Фрагмент данного письма со слов «Слежу с удивлением, как Америка надвигается на Европу и грозит Великобританию обратить в один из своих штатов» до конца перекликается с заметками Н. Ф. Федорова «О двухсотлетнем юбилее незаконного сына 3‑го Рима известного Маркиза С.‑Петербурга...» и «Два события обращают в нынешнем (1902‑м) году особое на себя внимание» (Т. III наст. изд., с. 379-382), что позволяет предположить, что они написаны одновременно — в конце мая 1902.
Слежу с удивлением, как Америка надвигается на Европу и грозит Великобританию обратить в один из своих штатов (ср. Т. III наст. изд., с. 382) — в конце 1901—1902 гг. российская печать уделяла большое внимание бурному экономическому росту Северо-Американских соединенных штатов, вступивших в открытое соперничество с Великобританией (в «Новом времени», которое регулярно читал Федоров и в Москве, и в Воскресенске, в мае 1902 г. постоянно появлялись корреспонденции на эту тему — см.: 2(15), 11(24), 13(26), 22 мая (4 июня), 26 мая (8 июня), 27 мая (9 июня)). При этом американские монополии, стремясь к расширению сферы своего влияния в Европе, активно захватывали английский внутренний рынок: сначала здесь утвердился спичечный синдикат, затем табачный трест; вслед за этим американские кампании завладели контрольным пакетом акций лондонского метро. Особенно чувствительный удар экономическому могуществу Англии был нанесен активными действиями миллиардера Моргана: приобретение угольных копей в Шотландии, акций юго-западных и юго-восточных дорог, большого количества английских судов и пароходной линии Лейланд («Новое время» — 2(15) мая 1002, № 9395 — утверждало, что эти покупки «лишают Англию почти всего ее Атлантического и Тихоокеанского торговых флотов»). Политика разорения мелких и средних английских фирм, их скупки или подчинения американским синдикатам проводилась Америкой и в английских колониях в Западной Африке, что дало тому же «Новому времени» (11(24) мая 1902, № 9404) повод заявить: западно-африканские владения Англии также поступают «под американское влияние».
Давая оценку американской экономической политике, органы российской печати называли ее необъявленной войной «против Англии с биллионерами как генералами и главнокомандующим Морганом» («Новое время», 2(15) мая 1902, № 9395). Широкую огласку получило высказывание американского миллиардера и филантропа Э. Карнеджи, посоветовавшего Англии в качестве «выхода из неприятного положения — поступить в число штатов Северо-Американского Союза и прибавить собою новую блестящую звезду к его знамени» («Русский вестник», 1902, № 5, с. 245; см. также: «Новое время», 13(26) мая 1902, № 9406). При этом, подчеркивало «Новое время», экономическая война против Англии — лишь начальный этап американской экспансии. «Всей Европе теперь приходится считаться с политическим и экономическим вторжением Соединенных штатов в жизнь Старого света» (26 мая (8 июня), № 9417).

6В мае 1902 г. прусский парламент принял законопроект о выделении 250 млн. марок на скорейшую германизацию бывших польских провинций в составе Германии. Проект, получивший название «мероприятий к укреплению германской национальности в провинциях Западной Пруссии и Познани», предполагал активную скупку польских имений (как частных, так и казенных), раздробление их на участки и заселение немецкими переселенцами. В качестве официального мотива подобных мер германское правительство выдвинуло тезис об исконной враждебности поляков к немцам и об опасности, будто бы угрожающей государству от того, что поляки еще не онемечены. 23 мая (5 июня) император Вильгельм II, выступая на торжествах по случаю «освящения реставрированного старого местопребывания гофмейстера тевтонского ордена в Мариенбурге», заявил: «...польская надменность собирается затронуть германизм и я принужден сделать воззвание к своему народу для охраны его национальных благ» («Новое время», 25 мая (7 июня) 1902, № 9412).
Газета «Новое время» так комментировала германскую политику в Познани: «Это не что иное, как исполнение завещания Фридриха Великого, настоятельно советовавшего бесповоротно онемечить и очистить от всех славянских элементов все области, пограничные с Россией, а также продолжение "длинной руки" мер с подобною же целью Бисмарка, начатых после высылки всех славянских элементов и знаменитой речи Бисмарка в 1886 г.» (14(27) мая 1902, № 9407).

7В 1902 г. было начато строительство Северной железной дороги Санкт-Петербург—Вологда—Вятка, которая должна была связать Сибирскую магистраль с портами Балтийского моря (в то же время на Дальнем Востоке завершалось строительство Китайско-Восточной железной дороги, соединившей Сибирскую железную дорогу с Владивостоком и Порт-Артуром). Параллельно в российской печати в 1899—1902 гг. поднимался вопрос о строительстве железнодорожной линии Санкт-Петербург—Киев—Одесса, которая напрямую соединила бы порты Балтийского и Черного морей. В пользу такого строительства особенно активно выступали печатные органы Киева и Одессы, в центральных же органах печати проект оценивался по-разному. Противники проекта задавали вопрос: стоит ли строить за государственный счет дорогу, «которая не представляет особого значения ни с экономической, ни со стратегической точки зрения» («Санкт-Петербургско—Киево—Одесская железная дорога» // Новое время, 20 декабря 1899 (1 января) 1900, № 8555), сторонники утверждали, что новая линия даст возможность «подхода к столице всего юго-востока России», а затем и всего юго-запада («Новый путь» // Новое время, 30 декабря 1899 (11 января 1900), № 8563). В конечном итоге правительством было решено осуществить лишь часть проекта, построив дорогу от Санкт-Петербурга до Витебска, Могилева и затем до ст. Жлобин на пересечении с Либаво-Роменской железной дорогой. Строительство ветки до Витебска было осуществлено к 1901 г. Обществом Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги, а ветка до Могилева строилась уже за счет казны (при этом в начале 1900‑х гг. проект ее продолжения до Киева и Одессы все еще обсуждался в печати).

8Результатом периодических неурожаев, поражавших Россию в 1880—1890‑х гг., явилось неуклонно нараставшее год от году истощение и обеднение центральных земледельческих районов страны (Воронежской, Курской, Орловской, Пензенской, Рязанской, Саратовской, Симбирской, Тамбовской и Тульской губерний). В 1899 г. было образовано особое совещание, которое на основании многочисленных данных (упадок народного благосостояния, уменьшение посевов хлебов, понижение сбора хлебов и др.) подтвердило эту тенденцию. Одной из причин оскудения центра комиссия назвала шедшее в последние десятилетия XIX в. активное освоение окраин России, куда направлялись значительные государственные силы и средства. Вопрос об оскудении центра и росте окраин, возвышающихся за счет исконных великорусских земель, неоднократно обсуждался в печати — см., напр.: Н. Емельянов. Оскудение центра и рост окраин // Русский вестник, 1902, № 1, с. 331-338; «Хиреющий край» // Новое время, 25 мая (7 июня) 1902, № 9418. Отсылку к последней корреспонденции (из Новочеркасска), сообщавшей о плачевном экономическом состоянии области войска Донского («Истощенный центр, хиреющий край (Донская область)»), находим в статье Н. Ф. Федорова «О двухсотлетнем юбилее незаконного сына 3‑го Рима...» (Т. III наст. изд., с. 381).

*Какое легковерие, какая глупость!3