Только жить не для себя, не для других, а со всеми и для всех и значит этот ответ.

Объединение живущих для воскрешения умерших, или объединениеобъединение, или братотворение для отцетворения. сынов для возвращения жизни отцам есть единственно естественное дело или акт природы, переходящей от слепоты к знанию и управлению собоюПрирода при этом переходе от бессознательного к знанию и управлению пока ограничивается пассивными наблюдениями и игрушечными опытами в физических кабинетах или институтах, лабораториях, в аквариумах, террариумах, вивариумах и т. д., и для человека как сына умерших отцов, его истинного имени, нет и не может быть другой цели, более нравственной и разумной, как и для Высшего Существа, созидающего человека по Своему образу чрез него самого, не может быть ничего более благого и совершенного, как сказанное объединение, которое есть и умиротворение, и братотворение, а братство сынов немыслимо без воскрешения отцов, в котором только (т. е. воскрешении) оно (т. е. братство) сознает себя. В воскрешении же, или отцетворении чрез братотворение, заключается и истина, и благо, и красота нетления. Союз сынов, обращая слепую силу, которая, рождая сынов, умерщвляет отцов, в воссозидающую и оживляющую, возвращает жизнь отцам и себе приобретает бессмертие. Воскрешенные отцы в свою очередь соединяются в союз сынов для возвращения жизни своим отцам, расширяя далее и далее область мироуправления и миросоз[да]ния. Распространению регуляции на отдаленные миры в пространстве вселенной соответствует воскрешение древнейших поколений во времени, в Истории, пока все поколения прошедшие не явятся в настоящем на объединенных их разумом и чувством мирах вселенной.

Объединение или братотворение совершается чрез усыновление, чрез возвращение к земле или праху предков, из городов к селам или чрез всеобще-обязательную воинскую повинность, превращаемую всеобще-обязательным образованием в естествоиспытательную силу для изучения силы рождающей, [для] сознания родительского сынами и дочерьми в себе, а следовательно, своего в них, и для изучения силы в себе и вне себя и обращения [силы] рождающей в воссозидающую и умерщвляющей в оживляющую. Это одна и та же сила, которая при бессознательности, или слепоте, делается рождающею и умерщвляющею, а при сознании и управлении ею — воссозидающею и оживляющею.

Нравственность, этика объединения живущих, или сынов умерших отцов, требует от каждого: Жить не для себя, но и не для других, а со всеми живущими для оживления всех умерших, т. е. требует ни эгоизма, ни альтруизма, при которых страдание, а стало быть и смерть (зло) неизбежны для всех, а мнимое кратковременное благосостояние лишь для немногих — такова нынешняя жалкая нравственность. Жить для себя (отрицательная заповедь) — значит приносить жизнь других в жертву себе, жить для других значит приносить свою жизнь в жертву другим, т. е. или лишать жизни других для себя, или лишать жизни себя для других, следовательно, служить смертиЕсли Толстой проповедовал жизнь для других, то только потому, что это значит лишать себя для других. Полная же его заповедь — не жить вполне., а не жизни, тогда как жить со всеми живущими для возвращения жизни умершим и приобретения бессмертия себе значит служить жизни.

Жить не для себя, но и не для других, а со всеми живущими для оживления всех умерших чрез обращение слепой природы в управляемую разумом всехэто наука, но не сословная, не одно знание, но и дело, это [1 слово неразб.] и Искусство, только не мертвого подобия. во исполнение воли Бога отцовэто религия, как исполнение всех — и наибольшей второй заповеди., — в этой неуклюжей формуле заключается и отрицательная заповедь, и положительный выход за пределы зла и малого добра в одно добро, дается Цель и смысл жизни, причем наука и искусство человеческое возводятся на самую высокую ступень и примиряются с религиею, исполняя наивысшую ее наибольшую заповедь и чрез все это жизнь получает наивысшую ценность.

***