«Религия есть не знание, а образ жизни, чрез который человек поставляется в известные отношения к Богу». «Бога следует определять в смысле величины не метафизической, а этико-практической», иными словами — Бог есть любовь. (По ветхозаветному же «Бог определяется в смысле мудрой и святой власти, полагающей для себя целью осуществление в мире почитания этой власти и требующей безусловного ей повиновения от людей».)См. В. Керенский. Школа ричлианского богословия в лютеранстве... с. 12—13.

Великого богослова новой немецкой империи, изрекшего эти положения, не раз приглашали и в новую столицу Империи и в университет присоединенного к Империи Страсбурга, но он остался в ГеттингенскомПосле выхода в свет первого тома сочинения Ричля «Христианское учение об оправдании и примирении» (1870), доставившего ему славу выдающегося богослова, ученого стали приглашать в лучшие немецкие университеты. В 1872 г. он получил приглашение поступить в только что открытый университет в Страсбурге, а в конце того же года его трижды приглашали в знаменитый Берлинский университет. Однако Ричль отверг эти предложения, предпочитая остаться в Геттингенском университете, где так успешно началась его деятельность.. Это не помешало ему стать повелителем всего последующего протестантского богословия. «На большинство немецких теологов масса ученого матерьяла, которым располагал Ричль, и новая точка зрения при распределении этого материала подействовала ошеломляющим образом»В. Керенский. Указ. соч., с. 31—32. Цитата несколько неточна.. Страннее всего то, что самый темный из новых мыслителей после Канта стал главою богословских рационалистов. Если, однако, темнота помогает двусмысленности и уклончивости там, где чувствуются затруднения от противоречий и от нерешительности высказаться искренно и определенно, то дивиться в успехе «Ричля Темного» в расшатанном современном протестантизме нечего.

В 1870 году, в год франко-прусской или, вернее, франко-германской войны, вышел 1‑й том главного труда Ричля — «Die christliche Lehre von der Rechfertigung und Versöhnung»См. примеч. 203., а католицизм как раз в этом же году признал непогрешимость папы. В 1874 г. вышли 2 и 3 тома того же сочинения, отвергающего все мистическое и метафизическое и признающего лишь практически-реалистическое, нравственное. Науку Ричль отождествляет, к сожалению, с метафизикой; религия же, по его учению, «появилась из практического стремления устранить противоречие, в котором человек как духовная личность находится по отношению к внешнему миру. В отыскании высочайшей духовной силы, которая устранила бы это противоречие, и лежит цель всех стремлений религий». «Царствие Божие», по Ричлю, «есть коррелат любви, поскольку оно представляет из себя общество учеников Христовых, соединенных между собою любовью в видах осуществления духовно-нравственных целей». Вся система Ричля есть, таким образом, полное выражение узкого реализма. «Все у него концентрируется около трех слов: цель (Zweck), конечная цель (Endzweck), самоцель (Selbstzweck). Божественное откровение, по Ричлю, есть только оглашение (Kundmachung) Божественной воли»Федоров приводит целую серию цитат из книги В. Керенского (с. 26, 28)..

***

По определению Ричля «Христианство есть духовно-нравственная религия, утверждающая в идее богосыновства (Gotteskindschaft)Богосыновство должно быть понимаемо как устранение, отрицание богоотчуждения; а по признании богосыновства становится уже обязательным сознание братства в противоположность богоотчуждению, при котором держится небратство. Братство же дает блаженство, т. е. воскрешение отцов, как следствие господства над миром. или в идее искупления человечества Иисусом Христом блаженство человека и созидающая на основах любви нравственную организацию среди людей, в чем, в свою очередь, осуществляется идея Царствия Божия». Христианство, по Ричлю, «включает в себя два элемента: 1) собственно — религиозный: блаженство человека, выражающееся в господстве последнего над миром, и 2) этический, нормирующий поведение человека». Оба эти элемента объединяются в БогеЭти два элемента соответствуют объединению для обращения природы из царства поглощения в царство воскрешения, или объединению для воскрешения.. Ричль сравнивает два эти элемента с эллипсом, «завершающимся с одной стороны религиозной идеей богосыновства или искупления (господство над природою), а с другой — нравственною идеею Царствия Божия»В. Керенский. Указ. соч., с. 233..

***

Учение о соединении всех живущих для воскрешения умерших очень сходно с ричлианством в словах, но совершенно противоположно ему в понимании действительности... Кажется несомненным, что различие ричлианского богословия от православного богодейства (или проективного богословия) состоит в том, что первое, немецкое, обращает дело в мысль, тогда как второе, наше русское, требует обращения мысли в дело; а наука, обращенная в принадлежность всех, становится средством превращения мысли в дело. Отделяя знание от дела, Ричль совершенно разделяет два разума. Отыскивать высочайшую силу, которая устранила бы противоречие, не значит ли обращать Бога в свое орудие? «Божественное откровение, по определению Ричля, есть только проявление Божественной воли, выражающейся в утверждении на земле Царствия Божия»; а «Царствие Божие, по Ричлю, есть не более, ни менее, как организация человечества в целях нравственного поведения из мотивов любви, сводимой у Ричля к понятию воли»В. Керенский. Указ. соч., с. 28—29.. Не проще ли было бы, однако, сказать, что Царствие Божие есть объединение всех живущих, всех сынов, всех разумных существ для воскрешения отцов?